Во всём происходящем с нами с вами большую роль играют трупаки. Калининград стал местом для движухи не просто так, не абы почему. Там Кант лежит — единственное место, где кто-то кроме Ленина лежит. Туда, в Калининград, давно пора бы везти кафе «Транзит» на ПМЖ. И вообще, устроить там Европу довольно просто — чай, не «остров Крым». Трудней поверить в то, что там Россия: вокруг-то, гля — сплошной Евросоюз. И даже не позиция на карте — история, культура, все дела. В проулках бродят тени крестоносцев, тревожат разум жителей хрущоб. А по ночам в готическом соборе, пока лабает фуги органист, регалии тевтонского магистра примеривает губернатор Боос. То правой ягодицею, то левой он чуть приопускается на трон — и тут же боязливо отбегает: а вдруг увидит кто-то невзначай? …Но тихо. Лишь органа свищут трубы, да призрак Канта знай бубнит в углу. И так всю ночь, до самого рассвета. Покуда губернаторский шофёр не постучится в кованые двери: пора, мол, шеф. В Москву. На госсовет…
…А из-за двери голосом магистра звучит ответ чеканный: «ПРОТИВ ВСЕХ».