Как-то вот не заладилось у меня с этим центром древнерусской духовности. Что ни вспомню — всё как-то что-то не то или не так. Хотя люблю и рублёвский деисусный чин в Успенском, и трёхглавый суздальский собор, ни на что не похожий; но как-то вот поездки туда странные вечно выходят. Что в том тысячелетии, что в этом.
Вот и сейчас приехал оттуда в каком-то неправильном состоянии. Работать надо, кризис-батюшка мешкоты-то не терпит; а у меня — поствладимирская муть в чувствах (о мыслях даже не говорю, ибо думать вообще вредно). Карр-карр, девочки и мальчики, сказала Каркуша.
Водка «Русская душа» безвестного удмуртского производства, подававшаяся в вагоне-ресторане поезда Владивосток-Москва по 60 рублей за стопарь — запах родины, вкус ностальгии. Как-то, говорит мне водка-матушка, застрял ты, залип на одном месте, а надо бы и туда, и сюда, и туда-сюда-туда-сюда. Надо, спрашиваю? Точно надо? Молчит. Не любит, видно, когда переспрашивают.
...А хорош всё-таки Чапаев, раздумчиво тянущий «Чёрного ворона» над своей штабной картой с чугунком и картошками. Да. Патронов маловато...